Обычно Гошка встречал Новый год вдвоем с мамой. Елку покупал он сам, а наряжала ее мама и прятала под елкой подарки для сына. А еще мама украшала квартиру гирляндами и фонариками, которые делала сама, и это было волшебно красиво… На елке зажигали настоящие свечи, пили детское шампанское, болтали и смотрели телевизор.

Иногда уже во втором часу ночи заглядывала на огонек мамина приятельница с десятого этажа, тетя Лена, и приносила необыкновенно вкусные пирожки. Но в этом году…

Мама как-то вдруг подружилась с Ириной Истратовой, знаменитой артисткой и мамой Мани и Саши. Познакомились они в школе, на родительском собрании (Гошка и Саша Малыгина учились в одном классе), и мгновенно нашли общий язык. А тетя Лена дружила с ними обеими. Так получилось, что Новый год было решено встречать вместе:

Саша и Маня, их мама, тетя Лена и Гошка с мамой.

– Для полноты картины не хватает еще трех девиц, – смеясь, сказала мама.

– Каких девиц? – испугался Гошка.

– Восемь девок, один я. Ты, сынок, у нас единственный мужчина.

– Мам, а может, Никиту позовем, а?

– Нет, Гошка, Никита встречает Новый год с родителями. Он же обещал приехать к тебе первого.

– Тогда, может, Леху? Его родители запросто отпустят.

– Что, кисло тебе одному среди баб? – засмеялась мама. – Бог с тобой, зови Леху!

Леха жутко обрадовался приглашению, но он не был уверен, что его отпустят. Однако Гошкина мама позвонила Лехиной, и та согласилась отпустить сына. Леха явился тридцать первого утром и вручил Юлии Александровне две трехлитровые банки. Одну с маринованными помидорами, а вторую с клубничным компотом.

– Тетя Юля, это вам от мамы, – смущенно проговорил он.

– Какая прелесть! – всплеснула руками Юлия Александровна. – Это очень кстати!

– И еще… может, вам надо чем-то помочь? Ну принести там чего-то, сбегать в магазин…