– Похвально, – сказала я. Лопатин поклонился.

– Outre cela, могу добавить, – продолжил Щербатов, – что господин Лопатин открывает банк, в который уже многие собираются поместить свои капиталы, поскольку наш банкир, – и тут Владимир Алексеевич позволил себе небывалую вольность, похлопав Лопатина по плечу, – обещает нам неплохие дивиденды…

– Весьма похвально, – снова сказала я и посмотрела на будущего господина банкира, который, церемонно поклонившись, пригласил меня на тур вальса.

Я, к своему великому изумлению, совершенно неожиданно для себя самой, согласилась. Вальсировал Сергей Александрович прекрасно. Я, признаюсь, даже не заметила, как закончился танец, такое удовольствие было кружиться со статным красивым кавалером, который к тому же, оказался весьма воспитанным и обладающим тонким юмором. Что и говорить, к концу вальса, я была практически очарована его персоной. Но голову терять я совсем не собиралась. Да, господин Лопатин был, судя по первому впечатлению, человеком обаятельным, но мне ли не знать, что в свете практически все таковы – снаружи, на людях ласковые да шелковые, а внутри, сами по себе, черствые и циничные. Взять хоть нашего губернатора, но taisez-vou, больше не слова о нем…

Лопатин, провожая меня к дивану, попросил разрешения представить мне свою младшую сестру, Натали. Я благосклонно отнеслась к этому, все же было интересно, что она из себя представляет и слишком ли сильно отличается от брата. Судя по тому, как она кокетничала с молодыми военными, не особенно и отличается. Сергей Александрович прошел через залу, приблизился к группке молодежи, в числе которой была и Натали и, склонившись, что-то прошептал ей на ухо. Натали тут же метнула в мою сторону быстрый, жаркий какой-то взгляд, смущенно улыбнулась, видимо, пролепетала извинения и направилась вместе с братом ко мне. Я тем временем удобно устроилась на диване и взяла бокал с шампанским, чтобы освежиться после танца.